Линия Мажино

Укрепления линии Мажино в разрезе

После визита во Францию в начале января 1940 года, сэр Эдмунд Айронсайд, начальник британского имперского генерального штаба, подытожил свои впечатления от французской армии так: «Я должен сказать, что с первого взгляда я не увидел в ней никаких недостатков. Генералы выглядят уставшими, даже немного старыми с нашей точки зрения. Ни один из них не проявил неуверенности… Когда начнётся блицкриг, сможем ли мы исправить что-либо? Я не знаю. Но мы должны быть уверены во французской армии. Это единственная вещь, в которой мы можем быть уверены… Все зависит от французской армии, и мы ничего не можем сделать по этому поводу».

Вот что говорил ведущий британский командир до начала Второй мировой войны. К сожалению союзников, его страхи оказались оправданы. Когда Германия, наконец, напала на Западе 13 мая 1940 года, она делала это с такой силой, что застала союзников врасплох. Через пятнадцать дней после первой волны атаки, Бельгия капитулировала, и объединенные силы французской армии и британских войск терпели поражение снова и снова.

В период с 26 мая до 4 июня основная часть британских экспедиционных сил и часть подразделений французской армии были успешно эвакуированы из Дюнкерка. 10 июня французское правительство покинуло Париж. Четыре дня спустя немцы победно маршировали по парижским улицам. 22 июня новое французское правительство сдалось и подписало унизительное перемирие. Сразу же после поражения возник синдром «поиска козла отпущения». Синдром, который и сегодня всё ещё с нами.

Вопросы, связанные с падением Франции, не получили ответа после трагических событий в мае-июне 1940 года. Есть много факторов, почему Франция так легко уступила численно уступающему противнику. Может быть, французские инвестиции в перевооружение пришли слишком поздно? Была ли боевая доктрина армии слишком жесткой? В конце концов, падения Франции рассматривается в качестве примера, каким гибельным может быть плохое планирование и ещё худшее выполнение планов.