Hawker Hurricane

Харрикейн, вероятно, самый известный своей выдающейся мощностью истребитель тех лет. Во время Битвы за Британию, летом 1940 года, он доказал своё жизненно важное значение для выживания Великобритании, когда нацистский блицкриг, казалось, было невозможно остановить. Эти самолёты также выполняли и другие задачи, почти на всех фронтах до конца войны.

Первые истребители, противостоявшими Мессершмиттам были британскими: Hawker Hurricane, принятый на вооружение RAF в 1937 году, и Supermarine Spitfire, разработанный на основе гидросамолёта Supermarine, выигравший Кубок Шнейдера, но никогда не производившийся в больших количествах до войны.

Харрикейн родился на чертёжной доске Сидни Кэмма ещё в 1934 году. Кэмм намеревался создать замену Gloster Gladiator, который считался тогда идеальным истребителем-бипланом. Кэмм был убежден, что эпоха истребителей-бипланов уходит в прошлое, и что в следующей войне будут идти воздушные бои между гораздо более быстрыми и более эффективными монопланами. Путь уже был указан в Соединенных Штатах, созданием самолёта Северского Р-35.

Когда роль основного истребителя от Харрикейна перешла к Спитфайру, Харрикейн стал считаться многоцелевым самолётом, в том числе ночным бомбардировщиком, самолётом поддержки наземных войск и палубной авиации. Британский самолёт-истребитель, который стал знаменит во время войны, Спитфайр был основан на разработках Реджинальда Дж. Митчелла конца 20-х годов. Спитфайр был создан благодаря интуитивному чутью Митчелла в аэродинамике и тесной связи с Генри Ройсом, разработавшим двигатель Мерлин специально для Спитфайра.

На разработку Спитфайра потребовалось время, а его улучшения продолжались в течение всей войны, что удерживало самолёт на шаг впереди его конкурентов. Но дело в том, что лишь немногие Спитфайры принимали участие в битве за Британию, и что тяжесть борьбы легла на плечи Харрикейнов, что указывает на стратегическую ошибку немцев в проведении воздушной войны: они слишком долго ждали, давая Англии и Соединенным Штатам возможность развивать истребители и бомбардировщики, которые могли бы бросить вызов нацистам в воздухе.

Это стало очевидным в девятимесячной «странной войне», которая началась между Германией и Францией, в ходе которой союзники начали ускоренную программу перевооружения, а колебания Гитлера в Дюнкерке позволили спасти большую часть британских сухопутных сил. Были также очевидны колебания немцев при вторжении в Англию и в начале воздушной войны в британском небе, которая стала известна как Битва за Британию. Почему немцы колебались в ключевые моменты, когда судьба всей их стратегии зависит от быстроты действий, является зерном для мельницы историка, но результаты – достаточно ясны. Немцы не прервали процесс разработки и внедрения современных самолетов в Англии так, как во Франции, и это стало решающим фактором в исходе войны.